Меню
О Нас
Кристофер Йонссон
лидер THERION о творческих планах и новой рок-опере
Интервью
27 октября, 2015г.
MetalBonobo

Более чем за четверть века успешного и плодотворного творчества шведские симфо-металлисты Therion успели стать и брэндом, и настоящей легендой. MetalGossip всегда рад пообщаться с кем-либо из этого именитого коллектива. Правда, до сегодняшнего дня нам удавалось поговорить только c прекрасными сопрано-дамами Сандрой Лауреано и Исой Гарсиа Навас (которые, к сожалению, надолго в группе не задержались и пошли каждая собственной дорогой). И вот, наконец, нам посчастливилось побеседовать с самим Мастермайндом — Кристофером Йонссоном
О творческих планах маэстро, новой рок-опере, находящейся в процессе сочинения, отношении к политике и многом другом – читайте в нашем интервью с Крисом!

 

 

МГ: Ваша самая сумасшедшая выходка на сцене?

Выступление на ProgPower festival с Кристианом Видалом, который получил сотрясение мозга и жесткую потерю памяти за несколько часов до концерта, да еще и запись этого выступления на DVD.

 

МГ: Самая сумасшедшая выходка ваших фанатов?

В 2005 один фанат в Сальвадоре залез на осветительную технику и прыгнул в толпу с высоты почти 3-4 метров.

 

МГ: Вам нравится сумасшествие на концертах, или вы предпочитаете стабильность?

Дикие фанаты – это здорово, но было бы очень хорошо, если бы никто не покалечился и дал другим фанатам насладиться концертом.

 

МГ: Вы решили играть метал. Расскажите, как вы выбрали жанр, и какие группы повлияли на вас больше всего.

Я вырос на хэви-метале 80-х, Accept и Judas Priest так и вовсе были моими кумирами, которые пробудили во мне интерес к металу. До этого я слушал Beatles и уже тогда думал заняться музыкой (на барабанах). Когда я открыл для себя метал, мне стали интересны и другие инструменты, хотя все равно прошло много лет, прежде чем я начал играть на басу, а затем переключился на гитару.

 

МГ: К слову о твоих музыкальных интересах. Есть ли у тебя в плеере какой-нибудь «смертный грешок», которого ты стесняешься, но не можешь себе отказать?

У меня в плеере есть много песен, которые можно было бы назвать странными, но мне не стыдно.

 

МГ: Некоторые артисты говорят, что свои лучшие работы они писали, когда им было грустно, а некоторые могут нормально работать только в хорошем расположении духа. А что скажешь ты? Нужен ли тебе какой-то особый настрой, чтобы писать лучше всего?

Нет, мое состояние никак не влияет на вдохновение. Хотя, настроение, конечно, накладывает свой отпечаток на звучание музыки.

 

МГ: Что показалось тебе самым трудным в написании последней работы?

Ты имеешь в виду рок-оперу, над которой мы работаем? Пожалуй, самое трудное было в том, что в этой рок-опере много особенных сцен, для которых нужно определенное настроение, а не просто рабочий настрой.

 

МГ: Только две из пяти исполненных песен были написаны тобой, мне интересно, продолжится ли эта тенденция?

Нет, я думаю, в конце концов мной будет написано больше половины. Когда мы были в туре в поддержку рок-оперы, мы хотели показать разнообразие и играть как можно более отличающиеся друг от друга песни.

 

МГ: Ты говорил, что уже нашел голоса на три главные роли из четырех (Томас, Лори и Кьяра). На сцене будут четыре певца или больше? (эти четверо плюс, например, Linnaeus).

Певцов будет гораздо больше. Ни одна из оставшихся ролей еще не утверждена, и мы пока не хотим разглашать информацию по этому поводу.

 

МГ: В Therion довольно часто происходит смена состава. Это твой сознательный выбор или нет? Сталкивался ли ты с какими-нибудь проблемами из-за этого?

Я думаю, эта тема сильно утрирована музыкальными журналистами. Во-первых, группа существует уже 28 лет, так что, само собой, за такое количество времени состав не может не поменяться. За последние 16 лет произошло только одно серьезное изменение: в 2008 поменялись все участники группы, кроме меня.  За прошедшие 7 лет мы не сменили ни одного участника. Во-вторых, наша концепция – использование сессионных музыкантов наряду с постоянным составом – едва ли понятна журналистам и некоторым фанатам, потому как тема поднимается снова и снова. Главная причина того, что мы нанимаем кого-то, вместо того, чтобы сделать его постоянным участником, в том, что кто-то из нас по той или иной причине согласен на временное сотрудничество. Так что, само собой разумеется, если мы приглашаем кого-то на работу, то, согласно концепции группы, сотрудничество не будет продолжаться вечно. Главная идея нашей группы – сохранять разнообразие, меняя вокальные оттенки время от времени. Если я хочу добиться другого гитарного звучания, я могу взять в руки другую гитару, усилитель или установку. Я хочу, чтобы то же самое можно было сделать с вокалом, поэтому я нанимаю музыкантов, и мы работаем вместе, пока это имеет смысл для обеих сторон. Это не означает того, что я обещаю человеку вечное сотрудничество, а этот артист – то, что он будет доступен всегда.

 

МГ: Кого ты мечтаешь пригласить в качестве сессионного музыканта?

Агнету и Аннифрид из ABBA.

 

МГ: Что ты думаешь о модной у музыкантов тенденции – делать громкие заявления о политике? Как ты считаешь: музыкантам следует держаться подальше от этого или возводить баррикады, потому что к их мнению прислушивается весь мир?

Я думаю, каждый имеет право держаться своей позиции и свободно ее выражать. Но это подобно обоюдоострому лезвию меча, потому что, если тебя слушает весь мир, всегда найдутся люди с противоположным мнением, которых твои слова могут взбесить. Так что, с точки зрения коммерции, выгоднее будет заткнуться и говорить только о музыке. Но все равно каждый сам должен решить, по какому пути он выберет идти.
Лично я стараюсь не затрагивать тему политики, когда говорю как артист. В начале карьеры я был большим активистом, но после того, как мы выпустили первый альбом, я понял, что не хочу, чтобы незнакомые со мной люди судили меня по моим высказываниям. Я сделал исключение, когда мы записывали «25th Year Anniversary Art Project», где было несколько отсылок на политику в честь самого начала группы.  Но в остальном я умудряюсь держаться подальше от политики (по крайней мере, большую часть времени), когда говорю от лица «Криса из Териона» в различных медиа, социальных сетях вроде Facebook и т.д. Иногда я делаю исключения, но только ради всеобщего блага. Например, когда мы были в туре по России, было очень много комментариев в духе: «Как вы можете играть в России?», и каждый считал своим долгом высказаться о том, как все плохо в России только потому, что им не нравилась ее внешняя политика. И это отличный пример обоюдоострого меча. Если ты присоединишься к хору недовольных Россией, это оскорбит русских фанов, но если ты поддержишь Россию, то это взбесит всех, кто ненавидит эту страну. Так что, лучше не принимать участия в политических дебатах, и просто позволить твоей музыке быть мостиком, объединяющим людей, вместо того, чтобы ссорить их друг с другом.
Не думаю, что у каждого артиста есть какие-то особые обязанности просто потому, что он знаменит. У каждого гражданина есть определенные права и обязанности по отношению к демократии и соблюдению ее. Это относится ко всем, вне зависимости от того, кто ты.

 

МГ: Многие музыканты вдохновляются историей, но в современном мире происходит столько всего. Тебе бы было интересно писать о том, что творится прямо сейчас?

Нет.

 

МГ: Что ты думаешь о музыкальном бизнесе? Пиратство становится огромной проблемой.  Как думаешь, лейблам стоит проявить силу или искать другие пути решения?

И то, и другое. Авторские права должны быть под защитой. Люди, которые делают пиратские CD и затем продают их, должны преследоваться по закону как воры. Или люди, которые создают сайты с нелегальными загрузками.
Но я не согласен с тем, что подростков, скачивающих музыку, нужно судить, как это когда-то делали ведущие лейблы в США. Это неправильно. Детей нужно приучать к тому, что ничего в этом мире не дается бесплатно. Мы все должны расплачиваться за что-то. Если все меньше и меньше людей будет платить за пластинки (или легальные загрузки), то это скажется на качестве музыки, потому что исполнители будут стараться всеми способами сократить расходы в ущерб качеству. Также, когда артисты поймут, что время изменилось, они начнут создавать то, что принесет больше выгоды, вместо того, чтобы творить просто хорошую музыку, которую стоило бы приобрести. Когда я выпускал «Luciferian Light Orchestra», мне было важно создать действительно красивую вещь. Но теперь создать хороший альбом с восьмистраничным буклетом в придачу недостаточно, нужно придумывать что-то еще.
Spotify и другие сервисы хороши тем, что они дают фанатам, которые предпочитают слушать mp3, законный и доступный (а иногда даже бесплатный) способ получения музыки. Но такая схема работает только для альбомов из каталога, для того, чтобы новые альбомы могли получить с этого выгоду, нужно иметь прибыль с продажи физических носителей или CD.

 

MetalBonobo
MetalBonobo
Автор публикации
все записи автора