Меню
О Нас
Айлин: «Чтобы петь в Sirenia, нужно быть слепой и глухой»
Эксклюзивное интервью с экс-вокалисткой SIRENIA
Интервью, Эксклюзив
24 декабря, 2017г.
Vera Donovan

Прошло уже больше года с тех пор, как испанская певица Пилар Хименес Гарсиа, более известная как Айлин, покинула норвежскую готик-группу Sirenia, в которой была лид-вокалисткой на протяжении восьми лет. Группа, пригласив на место Айлин новую певицу, пошла дальше своим путем, Айлин пошла своим, пока звезд с неба не хватая, но зато регулярно напоминая о себе совместными работами с пусть и не самыми именитыми, но достаточно интересными метал-коллективами.

В преддверии Рождества MetalGossip пообщался с прекрасной Айлин, и певица рассказала нашему порталу о том, чем полна ее жизнь в настоящее время, каковы дальнейшие карьерные планы, а также поведала об отношении к бывшему работодателю и его новой диве, не забыв достаточно подробно изложить собственную версию своего увольнения из группы.

MG: Айлин, давай поговорим о твоей сегодняшней жизни. Как прошел твой первый год вне Sirenia? Как твоя жизнь изменилась после увольнения из группы?

Айлин: Ну… это был тяжелый год для меня. После смерти мамы я впала в депрессию, поэтому было тяжело на чем-либо сосредоточиться. Я с гигантским трудом заставляла себя что-то делать, потому что знаю: очень просто пустить все на самотёк и потеряться во времени, даже не осознав, что оказалась на дне. Но более-менее удалось вернуться к нормальному ритму жизни: я делаю все то же, что и обычно. Работаю в том же месте, занимаюсь музыкой, сотрудничаю с разными группами и езжу в туры в качестве гостевой вокалистки с некоторыми из них.

MG: Мы имели возможность оценить результат твоего сотрудничества с итальянской группой Secret Rule. Как родился этот ваш дуэт? Расскажи немного о деталях твоей работы с этим коллективом.

Айлин: Как-то мне пришло сообщение от Фабио Д’Аморе из Serenity, в котором было сказано, что он работает с итальянской группой Secret Rule и эта группа интересуется возможностью сотрудничества со мной в рамках своего нового альбома. Они связались со мной, и мы договорились поработать вместе над одной из песен. Я очень счастлива, что это сотрудничество состоялось, поскольку для меня это шанс познакомиться с классными музыкантами и, что более важно, – отличными людьми. Я только что вернулась домой из мини-тура с ними, в котором мы отлично провели время.

MG: Как известно, вышло видео твоей совместной песни с испанской группой Débler. Кроме того, ты выступала с ними на сцене во время их концерта в Мадриде. Расскажи, пожалуйста, немного об этом опыте.

Айлин: Вместе с Débler я провела несколько дней в Мадриде и выступила с ними в рамках их концерта, а также мы еще сняли видео на песню «Cuando las Estrellas Dejen de Brillar». С этими ребятами я классно провела время! И было замечательно провести пару дней в Мадриде и познакомиться с ними поближе, поскольку до этого мы общались лишь по телефону…

MG: Ты ведь участвовала в классическом хоре, да? Что вы пели и каковы твои впечатления?

Айлин: Да, это круто – петь в хоре. Мы поем всего понемногу, зависит от сезона. Понятное дело, что прямо сейчас – время для рождественских песен, но, к сожалению, мне пришлось уехать в Испанию, чтобы заботиться о сестре (ей делали операцию, в связи с чем она чувствовала себя неважно). Поэтому я не смогла присоединиться к хору для участия в Рождественском туре. Но, думаю, будут еще шансы. На Пасху мы исполняли «Большую мессу» Моцарта. Время от времени мы меняем репертуар. Мне нравится быть частью хора, там есть замечательные люди. И лично для меня это здорово – петь вместе с другими, не будучи при этом солисткой.

MG: Айлин, у тебя есть планы в отношении новых совместных проектов с другими музыкантами/группами? Если есть, то, возможно, ты могла бы немного рассказать о них? Кстати, а как ты выбираешь группы для сотрудничества? Или же ты принимаешь любое предложение, которое тебе поступает?

Айлин: В данный момент я веду переговоры с одной группой по поводу новой совместной работы. Но пока не могу озвучивать детали, поскольку еще нет уверенности, что все состоится. Очень часто группы связываются со мной посредством Facebook. Обычно я прошу прислать мне песню, которую они наметили для моего участия. И если я прихожу к выводу, что песня мне нравится и мой голос ей подходит, мы начинаем обсуждать взаимные условия. Если обе стороны согласны, я выполняю свою работу. И при этом мне все равно, известная это группа или нет: если они считают, что мой голос им подойдет, и если мне самой нравится музыка, то почему бы и нет?

MG: И самый животрепещущий вопрос для всех твоих поклонников: какие планы на будущее? Когда нам ждать сольного альбома? Каким он будет? Каким ты видишь свой сольный проект? Это будет метал или нет, или, возможно, смесь разных жанров?

Айлин: В данный момент я работаю над своей новой музыкой. Пытаюсь найти собственное звучание. Пока не знаю, будет ли это сольный проект или же я соберу новую группу… И пока еще не могу сказать, когда все будет готово. Я хочу сделать все обстоятельно. Сейчас пришло время раскрыть новые возможности моего голоса и начать делать то, что раньше мне не позволялось. У меня появился шанс делать более подходящие моему голосу вещи. Проект будет определенно металом, но пока не знаю, в каком именно поджанре оного. Не думаю, что буду исполнять symphonic: не хочу, чтобы это сравнивали с тем, что мне приходилось исполнять ранее. Конечно, в любом случае найдутся те, кто станет проводить такие сравнения, это неизбежно, но надеюсь, что удастся создать музыку, которая звучала бы ново и свежо. Впрочем, сейчас вот я уверяю, что, дескать, нет, это будет ни в коем случае не symphonic metal, но на поверку в итоге может оказаться очень даже symphonic, сложно сказать. В данный момент у меня миллиарды идей в голове. И нужно провести с ними определенную работу, пока они не оформятся в необходимый мне результат. Иногда у меня рождается идея, которая, кажется, будет звучать фантастически, но по факту выясняется, что она не так уж и хороша. А порой бывает как раз наоборот – сначала кажется, что идея не фонтан, зато потом она превращается в фантастический по звучанию результат. Извините, ребята, но, думаю, вам стоит подождать немного и потерпеть, пока у меня не появится больше ясности.

MG: Айлин, позволь задать тебе несколько вопросов по теме, которая в последнее время волновала всех твоих поклонников здесь, в России. Понятное дело, мало кто верит в официальное заявление Sirenia насчет твоего ухода, гласящее, что это было «взаимное решение распрощаться». Похоже, что тебя действительно просто взяли и выкинули. Можешь рассказать, что на самом деле произошло в рамках всей этой драмы с твоим увольнением?

Айлин: Честно, я правда не знаю, что произошло. У меня нет подходящего ответа на этот вопрос. Все, что было, — это телефонный звонок, в ходе которого он (Мортен Веланд – прим. интервьюера) сообщил мне, что я уволена, потому что (по его мнению) я слишком больна, чтобы петь (лучше бы он у моего доктора сначала спросил, ибо тот, наоборот, неоднократно мне говорил не прекращать петь, потому что пение делает меня более счастливой и, как следствие, — более здоровой). Кажется, я могу догадаться, но наверняка не знаю, что было у него на уме. Я читаю/смотрю многочисленные интервью, в которых он говорит обо мне весьма скверные вещи, пытаясь задеть меня и испортить мне репутацию, заявляя, что я слишком больна для пения и на протяжении последних 3 лет не могла выполнять свою работу, в то время как я почти 9 лет на 200 % отдавала себя группе, которая была даже не моя, и я знала, что меня могут в любой момент из нее вышвырнуть безо всякого согласования. Мне кажется, он действительно хотел для группы другой голос, поэтому не преминул избавиться от меня, как только у него появился первый же повод, и заполучить то, что он хотел. Он желал изменить музыку Sirenia, и его способ сделать это (по моему мнению) – поменять вокалистку, ибо, в его представлении, проблема стагнации Sirenia заключается исключительно в данной компоненте. Он не понимает, что он единственный, кто все решает, он в одиночку делает все для группы, и это никто иной, как он раз за разом повторяет собственную музыку. Но, конечно же, виновата вокалистка, да (разумеется, я не стану обвинять его, если людям не нравится голос вокалистки). И сейчас мне уже действительно плевать, в чем там была причина. Я всего лишь хочу, чтобы он перестал говорить обо мне неправду и начал относиться ко мне с тем же уважением, что и я к нему отношусь, потому что я тоже много чего о нем могла бы поведать. Но я ведь не пятилетняя девочка и не собираюсь играть в его игру и вести себя подобным образом. Я уже не раз говорила ранее, что безумно устала от этой игры; он заполучил себе желанную новую певицу – так пусть бы радовался! И я тоже за него рада, так в чем смысл этого всего? «Давай уже проедем это, чувак!». Мое время в Sirenia закончилось, и чем скорее он прекратит говорить обо мне в скверном ключе, тем скорее я перестану защищаться и стану посвящать свое время тому, что действительно важно.

MG: Печальная новость о том, что ты уволена из Sirenia, пришла как раз после выступления группы на фестивале в Херсоне, которое они отыграли со своей нынешней фронтвуман (есть подозрение, что судьба новой вокалистки Sirenia была решена именно тогда и там). Как ты думаешь, это совпадение?

Айлин: Ну, я на все сто процентов не уверена, но не думаю, что это просто совпадение. Еще во время записи альбома «The Seventh Life Path» он несколько раз упоминал о ней (об Эммануэль Зольдан – прим. интервьюера), говоря о том, что в хоре Sirenian Choir есть певица с изумительным голосом. И вот теперь она их новая вокалистка.

MG: Порой кажется, что это было несколько странным решением – пригласить в Sirenia лирическое меццо, в то время как большинство песен написано под твое колоратурное сопрано. У новой вокалистки возникают иногда проблемы с отдельными песнями в ходе живых выступлений. Айлин, как ты думаешь, в чем причина такого выбора Мортена? Тебя он удивил?

Айлин: Как я уже говорила, понятия не имею. Никто не знает мотивов Мортена, он босс и ни с кем не делится своими планами. Он просто делает, что хочет, а остальные вынуждены принимать это и радоваться его выбору. Но нет, когда я узнала, кто она, я совершенно не удивилась такому выбору.

MG: Айлин, ты слышала новый альбом Sirenia? Тебе попадались какие-либо видео живых выступлений группы в текущем составе? Каковы твои впечатления об Эммануэль Зольдан как о классической певице и метал-вокалистке?

Айлин: На самом деле, нет, я слышала всего лишь небольшие отрывки. Люди продолжают мне присылать видео, полагая, что мне реально есть дело до группы и присутствует желание что-либо видеть/слышать применительно к ней. И то немногое, что я слышала, звучит в точности так, как то демо, что я записала для этого альбома (альбома Dim Days of Dolor – прим. интервьюера). Возможно, они что-то и поменяли, но, повторюсь, я слышала слишком мало, чтобы составить мнение. Что касается Эммануэль, то я с ней не знакома и не обвиняю ее в том, что произошло. Я просто слышала ее работу в рамках Trail of Tears и могу сказать, что мне действительно нравится, как она там поет. Она великолепно поет, и я уверена, что она еще и прекрасный человек.

MG: На протяжении последнего года Sirenia гастролировали активнее, чем когда-либо ранее – Северная и Южная Америка, Европа (включая и Россию), Китай… А почему раньше так мало было живых выступлений? Это правда, что Мортен получал много предложений относительно концертов, но отказывался от них по неким причинам?

Айлин: Да, это правда. Он получал много предложений, но по тем или иным причинам игнорировал многие из них. На протяжении многих лет мы с Джонатоном (Пересом – сессионным барабанщиком группы – прим. интервюера) заваливали его вопросами по электронной почте, когда мы снова поедем в тур… Мне в Facebook приходила куча сообщений от промоутеров, которые пытались связаться с ним, а он не отвечал. И когда я писала Мортену, мол, промоутеры у меня спрашивают, почему ты не отвечаешь, он мне говорил, что его не устраивают их предложения или что залы, в которых предлагается выступать, для Sirenia слишком малы. Как мне известно, Мортен говорил, что Sirenia не ездили в туры, потому что в течение последних 3 лет я слишком много болела и не могла выполнять свои обязанности вокалистки. Но самое забавное, он как-то забывал упомянуть о том, что сам он в это время был слишком занят учебой по альтернативной специальности, чтобы в случае, если придется закончить с Sirenia, он мог найти работу. По этой причине он практически остановил всю деятельность в рамках Sirenia, и мы почти не выступали в течение тех 2 лет, что он учился. Да он много чего забывал упомянуть, ведь проще всего выкинуть вокалистку и обвинять ее во всем, что произошло и не произошло с группой. Не отрицаю, что я болела в туре, но опять же, он как-то умолчал о том, что не слишком-то заботился, чтобы у меня было безглютеновое питание, и это являлось причиной моих болезней. Каждый раз, когда я спрашивала, он говорил: «Я указал это в райдере», но ведь всем известно, что этого недостаточно. Вот недавно я ездила в туры с Metled Space, Secret Rule и Débler и в ходе туров с ними никогда не заболевала. Они всегда очень обо мне заботились, постоянно проверяли, все ли в порядке. На протяжении нескольких лет я его просила позволить мне самой связаться с промоутерами, потому что для него было проблемой сообщить им о моей аллергии. Конечно же, я безумно устала от болезней в турах по такой идиотской и при этом — легко решаемой причине, и пела я на сцене плохо из-за этого, потому что не могла думать ни о чем, кроме того, что мне очень срочно нужно в туалет (извините, возможно, слишком много информации, но все же). Но как бы там ни было, в чем проблема-то? Я не единственная вокалистка, которая заболевает в туре и у которой аналогичный тип аллергии. У Лив Кристин такая же аллергия, как и у меня, но никто не делает из этого проблему. Ко мне же было в этом плане такое отношение, словно я совершила преступление или что-то вроде этого. Кто сказал, что вокалистка должна быть прямо на все 100 % здоровой? Проблема в течение последних 3 лет была не в моих болезнях, «большой» проблемой было то, что я наконец-то стала прозревать и видеть вещи в их истинном свете. Я перестала быть наивной девочкой, которая все безмолвно проглатывала и ни на что не жаловалась. Я начала контактировать с промоутерами сама, без его разрешения, и в те разы, когда удавалось с ними пообщаться, я не заболевала во время тура. Поэтому могу заключить: чтобы быть в Sirenia, нужно быть слепой и глухой.

Была еще и другая проблема. Из-за того, что у Sirenia не было выступлений, я оказалась в ситуации, когда мне потребовалось найти постоянную работу. И представляете – для него почему-то и это было проблемой. Почему – я не понимаю, ведь и у Джонатана, и у Яна Эрика всегда была другая работа, но к ним претензий не было… Странно, правда?

Он мне неоднократно говорил (а также еще и заявлял в интервью), что предпочитает быть дома и писать новые песни для Sirenia, он любит работать в студии и быть со своей семьей. Но, конечно же, сейчас у них новая певица, и поэтому им просто необходимо активно выступать, чтобы показать, дескать, «во всём была виновата Айлин». Однако если вы посмотрите на ситуацию, которая была несколько лет назад, то увидите, что Sirenia тоже интенсивно «турились» в самом начале, когда я только пришла в группу. Все было точно так же, как происходит сейчас, а потом через какое-то время наши выступления прекратились.

MG: Ну, пожалуй, достаточно разговоров о Sirenia. Давай поговорим о другой музыке. Можешь рассказать о какой-либо музыке, которую ты услышала недавно и которая по-настоящему произвела на тебя впечатление? Возможно, что-то посоветуешь аудитории?

Айлин: Оооой, сложно ответить на этот вопрос. К сожалению, вот прямо сейчас не знаю, что и сказать… Я много разных групп и исполнителей слушаю, но сейчас ничего конкретного не приходит в голову…

MG: Как ты считаешь, важно ли иметь профильное вокальное образование, чтобы стать хорошим певцом? Или достаточно просто таланта «от природы»?

Айлин: Ну, всегда лучше иметь вокальное образование, конечно же. Но наличие профильного образования не делает тебя хорошим артистом. Оно всего лишь означает, что ты выучен и, разумеется, тебе будет легче хорошо делать свою работу на сцене. Легче попадать в ноты, когда ты поешь, не «убивать» голос во время длительных туров, когда концерты следуют один за другим, без отдыха… Я считаю, что ты можешь обладать превосходной вокальной техникой, но это не сделает тебя лучше других. В мире много отличных исполнителей; некоторые из них обладают очень хорошим вокальным образованием, а некоторые вообще не обучались, и при этом и те, и другие одинаково хороши. Думаю, прежде всего, нужно иметь талант, и уж потом – тренировать свой голос, чтобы достичь совершенства. Но многие люди мечтают стать певцами, однако у них нет средств на оплату вокального образования… И если они хороши, почему бы им не дать шанс достичь своей мечты?

MG: Недавно лейбл Napalm Records запустил в значительной степени коммерческий проект Exit Eden с четырьмя разными по типажу вокалистками. Ты слышала его? Они даже выпустили альбом метал-каверов на Мадонну, Рианну и других. Что ты думаешь об этом проекте? Не хотела бы ты сама поучаствовать в чем-то подобном?

Айлин: Да, я слышала о них и даже смотрела несколько видео на youtube. Звучит очень круто, так что почему бы и нет? Они все отличные певицы, и, думаю, очень здорово, что они это все затеяли. Что до меня, то не уверена, что хотела бы участвовать в подобном проекте (во всяком случае, не в качестве основного проекта; я могла бы присоединиться к другим группам, рассматривая это как сайд-проект). В смысле, мне нравится идея, но после всех этих лет, на протяжении которых я пела песни другого человека, настало время для моих собственных песен.

MG: Айлин, ты как-то сказала, что собираешься обучаться дизайну и хочешь стать дизайнером. Как продвигаются дела в этом плане? Преуспела в этом?

Айлин: Ха-ха-ха, да, припоминаю, я говорила, что это было у меня на уме. Но я имела в виду, что если однажды решу оставить музыку, то хотела бы учиться дизайну. А в данный момент я учусь, смотря вебинары. По интернету можно научиться практически чему угодно. Я продолжаю шить и совершенствуюсь в этом, но исключительно потому, что мне это нравится. В данный момент я сосредоточена на музыке. Как я уже говорила раньше, возможно, когда-нибудь в будущем я подумаю об этом и сделаю в данной сфере профессиональную карьеру, но не сейчас.

MG: Бывшая вокалистка Nightwish Анетт Ользон как-то заявила, что мир музыкального бизнеса – это плохое место для женщины. А что ты об этом думаешь? Ты когда-либо сталкивалась с домогательствами в мире метала?

Айлин: Я бы сказала, что согласна с ней… Каждая женщина-вокалистка имеет свою точку зрения. И я не могу судить чьем-то личном опыте, но на протяжении всех этих лет я увидела много дерьма, с которым вынуждены сталкиваться многие женщины. И это вообще не круто. Мы говорим, что живем в современном мире, но многие вещи никогда не изменятся, если мы не сделаем ничего, чтобы их изменить… Мы живем в эгоистичном мире, мы говорим: «Вот бы я мог изменить это или исправить то», но, в конечном счете, буквально единицы способны реально сражаться, чтобы изменить ситуацию к лучшему.

MG: Если бы у тебя была возможность пригласить любого музыканта, которого ты только хочешь, поработать с тобой в рамках твоего сольного альбома, кто бы это был?

Айлин: Ха-ха-ха, ну, я думаю, я на этот вопрос уже отвечала 20 миллионов раз, поэтому людям уже, поди, надоело читать одно и то же снова и снова. Я отвечаю на этот вопрос 10 лет, и мой ответ никогда не меняется.

MG: И традиционно – последний вопрос… Несколько слов в адрес твоих поклонников в России.

Айлин: Привет всем!!! Спасибо за то, что вы со мной все эти годы! Надеюсь, скоро я вернусь в Россию со своим новым проектом. Мне у вас нравится! Так что я вам желаю счастливого Рождества и Нового года!!

MG: Айлин, спасибо тебе за ответы!

Айлин: И вам, ребята, спасибо за интервью!

Vera Donovan
Vera Donovan
Автор публикации
все записи автора